Анжела Гусева (angela_guseva) wrote,
Анжела Гусева
angela_guseva

Бабушка.

Когда я была маленькой, мама меня отводила часто в деревню, к бабушке. Обычно на все каникулы и так просто бывало, по выходным тоже.


Что особо запомнилось...

Она всегда жила со словом "надо": надо накормить детей, надо дождаться сыновей с войны, надо делать уборку, надо на лето приютить у себя внуков...
Была угрюмой, редко смеялась от души, чаще просто улыбалась, но глаза всегда были печальные... Да, дед со своей загадочной русской душой и уверенностью в том, что без его любви зачахнут все женщины села, добавил печалинки. И смерть сыновей, выживание в голодные годы не прошли даром.
Но то, что сделало её на всю жизнь ершистой и заставило сторониться людей - это то, что бабушка с детства хлебнула сполна: незаконнорожденная, она на себе испытала все "прелести" людского общения.

Нас, внуков у неё 32 человека, от 8 ее выживших детей.
Помню, что немного ее боялась. А когда я боюсь - до сих пор - становлюсь агрессивной. Вот бабушка со мной хлебнула, бедная...

Но у меня было одно чудо общения с бабушкой, которого не было ни у кого из внуков. Дело в том, что я в нашей родне была белой вороной. И вела себя неправильно, и "за справедливость", как я ее понимала, боролась со всем миром, а уж подростком я стала совсем невыносима. Считала, что меня никто не любит и не понимает. А бабушка могла меня просто посадить рядом, положить свою руку мне на голову, и долго-долго гладить, глядя куда-то вдаль, за калитку; а еще могла распустить мою косу (до колен была) и переплетать косички.
Ещё могла посадить на печку, и начинать заговарить, как это в деревнях делают: возьмёт яйцо и начинает катать его по голове, при этом шепчет-бормочет что-то уютное, успокаивающее, засыпляющее...

И еще я очень любила ее руки, потрясающей красоты: маленькая ладошка с длинными тонкими пальчиками.
Очень сухая кожа на тыльной стороне ладони была, как пергамент. В минуты нежности я любила водить пальцем по ее венам, которые проступали, класть на них свой пальчик, чтобы чувствовать ритм крови, и мы обе замирали при этом.
Сколько ни спрашивала, ни с кем из внуков она такого не делала, не гладила, не держала за руки.
Только когда выросла и узнала её биографию, поняла: моя "беловоронистость" напоминала ей ее маму, Агафью, которая не побоялась в 1903 году родить дочь от любимого человека. Не такая как все - вот что могло заслужить бабушкину нежность.

Маша. Ее звали Маша.
Родилась она от матери-румынки и от отца-еврея в день Еврейского погрома в Кишинёве.
И 6 апреля ей исполнилось бы 110 лет.

Это давнишняя запись-комментарий, может, кто-то и читал раньше, я слегка дополнила текст.
Tags: личное, память
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments