Анжела Гусева (angela_guseva) wrote,
Анжела Гусева
angela_guseva

Categories:

Встречи со священнослужителем.

Я, наконец, немного остыла от обиды, и могу написать то, что случилось со мной.

Как-то я уже писала о моём походе в этот Храм.
Кстати, вот сайт этого Храма, нашла в сети. http://znamenie-hovrino.ru/index/

1. Иду я значит, в эту церковь аккурат перед моим днём рождения, 7 июня. Думаю, свечи поставлю, и благословения попрошу на своё дело, немного боязно без Бога.



В обычные дни "верхняя" часть церкви не работает, только полуподвальная. Захожу туда, свечи ставлю, людей - ноль. Думаю, вдруг батюшка какой-то промелькнёт (там всегда дефицит с ними, их только на службах и можно увидеть - наверное, так надо?)
И тут влетает в церковь кто-то в сутане-или-как-там-правильно-называется. Я не успела даже нормально разглядеть человека, молния прям. А уж гмыкнуть и привлечь его внимание ко мне и вовсе было не успеть. Дай, думаю, дождусь.

Выходит в зал женщина, которая убирает церковь, я её уже в лицо узнаю. Говорю:
- Мне бы с батюшкой поговорить, можно?
- А зачем? - её вопрос меня поставил в тупик.
- Надо, - говорю.
- По какому вопросу? - она настаивает.
- Узнать про возможность исповедаться и попросить благословение. - я сдаюсь.
- Исповедь только по субботам, а благословение можете попросить, если у батюшки будет время.

Ну, логично про благословение. А вот про исповедь я напряглась. У Бога что, приёмный день только по субботам?..

Ладно, жду "молнию в сутане".
Из той дверцы, куда она исчезла, появляется низенький, толстенький мужичок в джинсах с мотнёй, знаете, есть такие джинсы? Так вот, сзади у него всё висит, спереди пузико как у вот-вот родящей, щёчки наливные, лоснящиеся, думаю - классический поп, вот оно, надо подойти.
А он устремляется к столу, где люди оставляют поминальные продукты. Там лежит один пакет. Батюшка сей прямехонько к нему и давай в нём ковыряться. Что-то перебирает, копается там себе, делом занят.
Я в восхищении стою в сторонке, ну правда, это было отличное зрелище.

И тут эта тётя меня к нему подталкивает, иди, мол, чего стоишь. Осторожно подхожу:
- Батюшка, я по поводу исп..
- По субботам! - отрезает батюшка, даже не дослушав.
- А посоветова..
- В субботу! - снова отрезает батюшка, снова не дослушав.
- ... А можно испросить благословение? - уже нежно я спрашиваю, чтоб, не дай Бог, не отвлечь человека от добычи пищи.
- Можно. - по-прежнему глядя в пакет и копаясь в нём, отвечает батюшка.

Я стою, жду, когда он освободится, чтоб хоть посмотрел на меня. Не. Никак. Копается, гад. Голодный, видать, был очень. Но ничего не нашёл и подрывается к выходу. Тут я решаюсь:
- Благословите, батюшка! На де...
Он поворачивается ко мне (впервые!), и, не дослушав, ка-аа-а-ак ёбнет меня по башке:
- Господь благословит! - и вылетает из церкви.

Нет, я честно пыталась понять, что это было со мной. Минут 10 стояла, втыкала. Благословил? Не благословил? А на что благословил? Ведь он даже не спросил меня, на что я прошу это благословение, может, вполне себе на ограбление банка?
Между прочим, написав "ёбнул" по башке, я ни разу не соврала. Потому что потом пару дней голова в том месте болела.

2. В эту субботу я должна была зайти в церковь по своим надобностям. Получилось, что пришла к службе. Как раз в субботу, да. Дай, думаю, отстою её, и исповедаюсь. Отстояла.
Настроение было не очень. Но потихоньку что-то в душе стало раскручиваться - не знаю, как объяснить это состояние. Особенно я почувствовала эту начинающуюся легкость тогда, когда в Храме выключили свет, потушили все свечи, и один из батюшек что-то долго читал перед передней иконой. Полная тишина, только его голос слышен, и оно-нечто внутри меня раскручивается, раскручивается, раскручивается...

Закончил он это читать, и становится очередь на исповедь. Смотрю - а оно вот оно! моё еврейское счастье! - туда, куда устремляется народ с бумажками, выходит да-да-да, "молния с мотнёй", моя любовь.
Ладно, думаю, значит, карма у меня такая, что уж теперь.

Подхожу к одной прихожанке, интересуюсь, что за листочки в руках у народа, и что они там дописывают, стоя в очередь. Отвечает: это надо все свои грехи на этой неделе написать, чтоб не забыть, или ситуации, в которых нагрешили.
Ой.
Спрашиваю, а, если я в первый раз, то мне надо все грехи свои впомнить? Она отвечает, что нет, надо просто сказать, что я в первый раз, и всё, батюшка мне остальное сам скажет.

Смотрю на то, как проходит исповедь. Народ по одному поднимается, подаёт листочек, склоняет голову. Батюшка читает написанное, подрывает листок, как кассирши чеки в кассах магазина, возвращает владельцу, о чём-то его спрашивает, при этом внимательно смотрит в окно, затем человек целует крест и Библию, комкает листочек с грехами, становится на колено, батюшка его накрывает этой своей желтенькой полоской, и чертит на голове крест. Каждый раз при крещении я вздрагивала и сопереживала прихожанам: я ж помню эту тяжёлую руку на себе.

Дошла очередь до меня. Поднимаюсь к нему, наклоняю голову (дальнейший диалог - полный сюр, имхо)
- Я в первый раз, батюшка, на исповеди. Хочу покаяться.
Он смотрит в окно:
- Я не могу разрешить вас от грехов, вы ж совсем не подготовленная пришли сюда.
- Как?!
Определенно в окне что-то интересное происходит! Не отрывается!:
- Ну как, как... Идите в лавку, купите книжек, у нас много литературы продаётся, почитайте и приходите подготовленной.
Я тоже начинаю таращиться в окно, да что ж там, блин, дают?! Но продолжаю ставшую уже светской беседу:
- Купить книги? Какие?!
- Про то, как надо правильно каяться. Там много вариантов.
Я не выдерживаю:
- И все варианты вам подходят?
Он чему-то своему, затаённому, ухмыльнулся:
- Да.
- А без книг нельзя никак?
Он, наконец, задрал голову, и увидел меня во плоти. Удивился чему-то:
- Нет, я же вас без этого причастить не смогу!
Я уточняю:
- Без книг мне нельзя причащаться?
Он уточняет:
- Без книг. Почитайте, подготовьтесь как следует, и приходите.

Я начинаю понимать, что карма моя с ним мне не по плечу, потому что разбирала и обида, и слёзы, и смех одновременно, и внутри всё, что до этого раскручивалось, как-то сразу вкрутилось обратно и затвердело:
- Мне что же теперь, повернуться и уйти?
Кажется, я его достала:
- Да нет, ну скажите пару грехов, отпущу на первых порах. (и грозно) Но без причастия!
- Да поняла я, батюшка, поняла. Вот то-то и то-то совершила.
Батюшка начал что-то быстро бормотать, в этом бормотании я вычленила команды "целуйте крест и Библию!, опуститесь на колени" - опять что-то нечленораздельное - "идите!"
Я уже смеюсь:
- А эту штуку мне на голову можно?
Батюшка с юмором-таки попался:
- Ну, если хотите...

... В этот раз мне по голове как муха пролетела, ничего не почувствовала...

Вот он, герой моего рассказа, сам священник Александр Михеев. Лапочка.

Aleksandr

Конечно же, никакую книгу я там не купила. Хотя честно зашла, посмотрела. Действительно, есть большие талмуды, есть и маленькие брошюрки, по разным ценам. Но не купила.




Наверное, это какое-то испытание на смирение для меня, да?.. 

Но мирская идиотская логика мне подсказывает, что:
а) у меня были другие примеры священнослужителей в жизни, и я просто должна искать дальше, не все такие; 
б) не нагрешила я прям настолько, чтобы благословение или исповедь превращались в фарс;
в) паству любить надо, а не рассматривать кулёчки и окна.

Может, зло получилось. Не хотела злости, два дня редактировала этот пост, убирала все резкие слова.
Одно матерное слово на весь текст касается действия, но никак не оценки.

Но почему-то что-то как-то где-то мне до сих пор обидно...
Tags: церковь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 55 comments