August 28th, 2011

про русский язык

Ненавижу, когда болезнь проходит волнами: утром и вечером накатывает, а днем более менее фунциклирую. Пишу.

Сегодня утром, пережидая накат, просматривала программу передач на следующую неделю.
Наткнулась на такую совершеннейшую прелесть:
Канал Культура. Авторская программа И. Золотусского.
"Николай Карамзин. Несть лести в языце моем"

А? Как звучит: Несть лести в языце моем.

Музыка чистейшей воды! Наверное, потому русские народные песни так волшебно звучат, что сам язык диктует эту музыку, знай себе только ставь тоники правильно.
Обожаю.
:)

Гундарева

Замечательный кинокритик Леонид Павлючик написал о Гундаревой очень тепло. Ему повезло знать ее.

Я же не была с ней знакома лично, но еще с детства обожала эту актрису. Она меня завораживала. И самый ценный подарок от своей первой любви я получила знаете какой? Такая книжечка, "Наталья Гундарева" называлась. Книжечки эти в киосках продавались. В далеком 1983 году для меня это был и в правду лучший подарок. 

Когда надо было делать бонусы к диску "Однажды двадцать лет спустя", я долго раздумывала, что можно туда всунуть. Потому что даже не представляла себе, что я смогу написать какой-то текст к сюжету, а сюжет мог быть не больше 15 минут, ну и как я в него вложу все, что хочу сказать о ней, о Наталье Гундаревой? Да никак! Но все равно пошла в театр им. Маяковского, встретилась там с очень многими людьми, поговорила. И пришла идея делать сюжет с ней только  - и о ней. Меня совсем не должно было быть, ни в чем, ни в комментариях, ни в редактуре текста, ни даже в монтаже. До этого решения были договоренности о съемках в ведущими актерами театра, но потом я им все объяснила, съемки отменила, и меня все поняли. В сюжете не должен был быть никто, кроме Самой.

Что интересно, театр безвоздмездно предложил воспользоваться всеми видеоматериалами, которые у них были. В Красногорском архиве у меня запросили самую минимальную цену и терпеливо приносили на просмотр любые пленки, которые я даже не заказывала заранее. Когда я их просматривала на монтажном столе, за моей спиной люди прекращали работу и тоже смотрели отрывки из спектаклей, интервью и очень-очень молодую Гундареву.

Делала материал я месяц. Это один из тех случаев, когда все были в полуинфарктном состоянии на работе: сроки горят, а я монтирую так, монтирую этак, снова переделываю. То на контрапункте, то иллюстративно. Никак не могла остановиться на чем-то одном, чтоб, как говориться, все в одном стиле было. И, когда поняла, что я могу так бесконечно сидеть над материалом, а его очень много набралось, и хочу всунуть в 15 минут решительно все, то сама себя остановила. Сюжет пошел на диск.

Грустно. Сейчас смотрю, сама себя ругаю, что что-то не додала, не внесла, не вмонтировала. Но, как мне кажется, получилась хорошая исповедь актрисы об актерской доле. И очень точное наблюдение о Боге и актерском мастерстве. А еще о той цене, которую платит каждый мастер сцены за свое мастерство. Цена - одна из высочайших ставок на земле.